7705
Канал Маши Буровой о книгах, написанных женщинами
она: никаких новых книг дома, пока не прочитаю то, что уже есть на полках
также она: 📚📚📚
Есть у меня такая традиция — каждый год в день солидарности женщин в борьбе за свои права — собирать в один список новый нон-фикшн, прочитав который можно побольше узнать, как жилось женщинам в прошлом или как мы живём сейчас. С 2022 года по известным причинам список всё меньше и меньше, но всё еще не пуст.
«Женский смех. История власти» Сабин Мельхиор-Бонне, издательство НЛО
Женский смех веками считался опасным — слишком громкий, слишком свободный, слишком неподконтрольный. Авторка показывает, как попытки заставить женщин «не смеяться так» на самом деле были попытками лишить их власти.
«Женщина-автор. Писательские стратегии и практики в эпоху модерна». Под редакцией Е.В. Кузнецовой, М.В. Михайловой, издательство НЛО
Как женщины становились писательницами в мире, где литература считалась мужской территорией. Стратегии выживания и литературного бунта — от псевдонимов до радикально нового письма.
«Травма: Что она с нами делает и что мы можем сделать с ней. Книга про комплексное ПТСР» Елена Фоер, Екатерина Климочкина, издательство Альпина Паблишер
Ну тут просто каждой пригодится. Понятный и бережный разговор о комплексной травме: как она формируется, как влияет на память, тело и отношения. Книга помогает увидеть в травматическом опыте не «сломленность», а процесс, с которым можно работать и из которого можно выйти.
«Поставь её на место: логика мизогинии» Кейт Мэнн, издательство института Гайдара
Философское объяснение того, как работает мизогиния. Мэнн показывает, почему общество наказывает женщин за «выход за рамки» и как эти механизмы проявляются в политике, культуре и повседневности.
«Женский оркестр Освенцима. История выживания» Энн Себба, издательство Individuum
История женщин-музыканток, которые играли в оркестре концлагеря Аушвиц-Биркенау и благодаря этому пытались сохранить жизнь — и человеческое достоинство.
«Стёртые с холста. О женщинах, изменивших мир искусства» Ноа Чарни, издательство Individuum
Книга о художницах, чьи имена долго оставались в тени — иногда их работы приписывали мужчинам, иногда просто вычеркивали из истории.
«"Пока я жива, живешь и ты"»: Женские дневники блокадного Ленинграда»
Анастасия и Алексей Павловские, издательство Европейского университета
Дневники женщин, переживших блокаду Ленинграда: голод, холод и медленное исчезновение города. И одновременно — упрямое стремление выжить, несмотря ни на что.
список 2025 года
список 2024 года
список 2023 года
список 2022 года
список 2021 года
список 2020 года
список 2019 года
Всё ещё актуальное напутстиве до следующего 8 Марта — берегите себя 🧡
#списки #8марта
🎀дела журнальные🎀🎀
За последние пару недель прочитала сразу несколько журналов — делюсь.
«Дом творчества. В поисках автора» — первый номер альманаха от Дома творчества Переделкино и его резидентов. Впечатлилась анкетами о писательском процессе от Маши Нырковой и Ирины Костыревой (на красоту их портретов тоже засмотрелась), зачиталась текстами — отрывками и самостоятельными произведениями — Анны Лужбиной, Аси Демишкевич, Оксаны Кушляевой, Анны Баснер, а также разговорами о small press и автофикшне.
«Ornament. Женщины в кино» — во главе красивого розового выпуска — разборы биографий Софии Копполы, Аньес Варды, Киры Муратовой, Энн Хуэй и Аличе Рорвахер. В придачу — занимательный анализ всех экранизаций «Маленьких женщин» и эволюция образов женских персонажей. И не говорите потом, что нечего подарить подруге на 8 Марта.
«Августник. Eclipse» — концептуальный и очень красивый журнал ювелирного бренда Avgvst. Писатели, художники и фотографы размышляют о затмении: как о состоянии сердца, как о препятствии, мешающем видеть вещи ясно, и как о поводе для надежды. Среди авторов была особенно рада увидеть Татьяну Замировскую и познакомиться с фотографиями Натальи Покровской.
Ну и про «Номер» я уже вам рассказывала, второй выйдет летом — будет вау!
Читательский год начался со сборника рассказов Маши Нырковой «Яблоки и змеи», где героини пытаются найти точку опоры, а сама Маша — перепридумать женские образы из классической мифологии. Один из них — Лилит, первая неофициальная избранница Адама, которая хотела быть равной ему, за что и была изгнана из райского сада. Есть версия, что змей, что соблазнил Еву, предусмотрительно созданную из мужского ребра, был змеей — а точнее одним из воплощений Лилит.
«Лилит — темнота космоса, красная жила стыда, зло воплоти, ибо только зло может быть сексуально и свободно. Я сталкиваюсь с этим мифом, когда одеваюсь слишком откровенно и тем самым ввожу праведную половину населения во грех меня возжелать. Когда пишу очередную сцену секса в тексте и заставляю читателя краснеть от стыда. Я стою за прилавком в магазине, где работаю, и с серьезным лицом что-то ищу в компьютере. Посетитель говорит мне: «Не грустите! Вы красивая блондинка. У вас все будет хорошо! Вас обязательно захотят». Ну, что же, слава богу! Или слава Лилит?»
Так в книге появляются два пространства: теоретическое, его легко опознать по курсиву, и художественное, где давно известные сюжеты становятся частью жизни наших современниц.
#русскаялитература
Кажется, неплохая идея начать год со знакомства с книготерапией — научно доказанным методом психологической самопомощи. Новая работа, смерть родителей, вынужденная эмиграция — поддержать в эмоционально сложный или просто турбулентный период может внимательно подобранная самостоятельно или с терапевтом книга.
Первый подробный текст об этом эффективном методе написала социальный психолог Надежда Челомова, которая много лет ведет канал «Чтение и терапия». Понятные объяснения, красноречивые примеры и, конечно же, списки книг — Надя поделилась всем, что сама так долго изучала и практиковала.
«Если наступают темные времена, мы привычно открываем «Гарри Поттера»: этот текст хранит множество историй, которые поддерживают нас. Опыт героев помогает и в 9 лет, когда кажется, что у тебя нет друзей, и в 34 года, когда на твой любимый «Хогвартс» нападают «дементоры» в реальной жизни.
Если нужно набраться смелости, мы вспоминаем, как Элизабет Беннет высказывала мистеру Дарси все, что думает.
Когда устаем бороться с несправедливостью, обращаемся к детективу Пуаро за напоминанием, что добро все равно восторжествует»
#нонфикшн
«Основа моего книжного шкафа — книги, написанные женщинами»
Новая история в совместной рубрике о домашних сёстрах онлайн-библиотеки «Прочитано» с Машей («Книжный мякиш»).
О своей библиотеке расскажет Маша Бурова — автор канала о книгах «Женщина пишет».
Слово Маше:
«В моей семье книги были всегда — моя бабушка большую часть жизни проработала в библиотеке. Но при этом я совсем не была ребёнком, которого можно было бы назвать книжным червём. Я предпочитала игры на свежем воздухе, а в библиотечных залах меня можно было увидеть только с комиксами про Микки Мауса или потёртым томиком “Гарри Поттера”.
Читать осознанно и с удовольствием я начала в университете — классика, современная литература, поэзия: я читала всё от первого до последнего пункта в списке рекомендованной литературы. Тогда же я начала ходить на КРЯКК (Красноярскую ярмарку книжной культуры) — совершенно смыслообразующие событие для моего родного города. Издательства и магазины много лет подряд привозили туда всё лучшее — книжные новинки и самих авторов. Думаю, так и сформировалась моя хоть и поздняя, но теперь самая любимая привычка — читать.
Дома по разным углам и полкам у меня живёт 153 книги — число точное, я веду список. Ещё сотня хранится в моём родном городе у мамы. Думаю, когда-нибудь они всё-таки встретятся в большом шкафу от пола до потолка.
Основа моего книжного шкафа — книги, написанные женщинами: от романов до научных исследований. Многие лежат даже не распакованными, но я не из тех, кто хоть раз сдерживал обещание не покупать новых книг, пока не прочтешь всё, что уже пылится на полках.
Сохранились ли книги из детства? Только те самые семь росмэновских томов о мальчике, который выжил, — хранятся в родном городе вместе с палочкой Гермионы, привезенной из Лондона.
Покупка в магазине, конечно, же главный способ попадания книги ко мне в библиотеку. Я очень люблю заходить в независимые книжные и выбирать книгу по аннотации или по обложке — до момента прихода в магазин я могла о ней даже ничего не знать. Так, например, случилось с “Щепоткой магии” Мишель Харрисон в “Подписных изданиях”. Настолько она была красивая, что я долго не думала.
Книга в подарок — тоже регулярная история. В прошлом году мне подарили книжный адвент — много радостных открытий целых десять дней подряд. А ещё я люблю привозить книги из путешествий.
Если книга остаётся на моей полке, а не отдаётся подруге или на благотворительную распродажу — значит для меня она самая ценная и любимая. Я не держусь за количество, я оставляю дома только то, что когда-нибудь захочу перечитать. Особенное место занимает комикс “Свобода, равенство, сестринство” с автографами его создательниц — Марты Бреен и Йенни Йордал. Я участвовала в презентации их книги в Некрасовке, куда они прилетели из Норвегии, и получила свой памятный экземпляр.
Самый главный ритуал для чтения — убрать телефон подальше, взять в руку карандаш для заметок на полях и положить рядом любимых собак (у меня их две). Как вы понимаете, идеальный вариант чтения для меня — это дома в тишине. Я несколько раз пробовала красиво сидеть и читать в кафе, но сосредоточиться не получается.
Об электронных книгах. Первый киндл появился у меня в университете, так было проще — не надо таскать тяжеленные тома из бабушкиной библиотеки до дома. Хотя конечно, всё что скачать не удалось, я брала у неё. Однажды даже держала в руках книгу, напечатанную в 19 веке! Художку я до сих пор вполне спокойно читаю в электронном виде, а вот нон-фикшен, особенно что-то прям научное, мне проще читать на бумаге. Люблю возвращаться к прошлым главам, когда чего-то не понимаю».
#сёстры_онлайнбиблиотеки
каждый вечер сбегаю от предновогодней суеты на космический книжный корабль
Читать полностью…
«Канцтовары Цубаки» в прошлом году были украшением моего списка прочитанного, поэтому я ни секунды не колебалась и взялась пару дней назад за дебютный роман Ито Огавы «Ресторанчик “Улитка”», который вышел вот только что.
Новый текст нравился мне ровно до 159 страницы, где мать героини предлагает убить и съесть свинью по имени Гермес, что жила с ней с самого рождения и которую она любила как младшую дочь. Причина смертельного приговора — уверенность матери, что свинья не переживет скорое прощание с ней. Как же это эгоистично и как похоже на человека — думать, что жизнь других существ полноценна только в его присутствии, а не сама по себе. Жутко бесит!
Главная героиня, будучи искусным кулинаром, не просто поддержала это предложение, но и приготовила из Гермес первое, второе и компот. А Огава ещё и до невозможности заромантизировала этот процесс.
Да, я в курсе — люди едят животных примерно сотни лет, но как-то я не ожидала в книге любимой авторки посыл в духе «через меня мертвое животное продолжает жить». Ну а что мы тогда людей мертвых не едим, тоже ведь в духовке запечь можно? Короче, не таких читательских открытий я хотела под конец года.
В недолгие минуты покоя, когда самозванки и критики внутри меня уезжают в отпуск, я думаю, как же хорошо, что я не профессиональный литературный критик, не экспертка в каком-то одном жанре, не преподавательница писательского мастерства и вообще стою в сторонке. Все это как будто бы освобождает меня от излишнего страха публично показаться не умной или поверхностной людям, которых я не знаю или чей авторитет не заставляет моё сердце биться чаще.
Когда я начинала этот канал, мне хотелось больше читать и писать о прочитанном своими словами — без правок к моим текстам от кого-то там. И круто, если людям эти рассказы нравились и до сих пор нравятся, если нет — ну, сами выбрали эту унылую жизнь без меня, что ж теперь.
Трудно вспомнить, сколько книг no kidding press, нло или ad marginem я не дочитала или даже не взялась читать, ну потому что ум мой не так велик и могуч, чтобы осмыслить напечатанное. И ничего — живу дальше. Иногда мне важно услышать это от других, так что, хорошо бы иногда самой быть этими другими.
Итак, вы дочитали до конца это долгое вступление-разрешение-самой-себе рассказать о книге Маши Константиниди «Лысая», которая стала на моем веку первым русскоязычным автофикциональным текстом, который писательское сообщество приняло неоднозначно восторженно. Весь контекст можно почитать на канале у писательницы и редактора Саши Першиной.
«Лысую» я читала с интересом, хоть и недоумевала местами от ультимативности формулировок. Героиня показалась мне грубой, ироничной, безрассудной, самодовольной, но всем этим ансамблем управляла искренность, и этого мне оказалось достаточно, чтобы прийти к вам с этим хаотичным посланием. Иногда просто важно молча посидеть и послушать, как плохо было человеку и как бесполезны твои попытки ему помочь.
«эта книга не про алопецию. не про мой алкоголизм. не про умершего дедушку. не про сложную дружбу. не про абьюзивного бойфренда. эта книга не про то, как тяжело жить с заболеванием. эта книга про то, что каждый день и каждый час с 26 февраля 2016 года я помню о том, что я лысая»
Потеря волос — тяжелое испытание, потому что героине очень хочется быть красивой, успешной и уверенной. И все это у нее было при взгляде со стороны. Ей настолько хорошо удавалась эта роль «красивой Маши», что когда она признавалась людям, что, вообще-то, она в парике и, вообще-то, она страдает — они зависали в недоумении. А вот взгляд изнутри был токсично-саркастичным по отношению к себе и другим.
«эта удивительная дуальность, в которой я постоянно живу: мне хочется думать, что я особенная, что я важная и одновременно мне хочется, чтобы от меня отстали, чтобы всё у меня было обычное и как у всех. маленький домик, русская печка, пол деревянный, лавка и свечка»
Остается только добавить, что эта книга не изменит мир и что Константиниди, кажется, этого вообще не хотела. Иногда можно прочитать и просто порадоваться за авторку — она дописала, она нашла издательство, она вычеркнула множество пунктов из длинного списка дел. Выслушаем её и пойдем своей дорогой, и, может, на этом пути что-то поймём про себя или мир вокруг.
#нонфикшен
Не знаю, как вам, но мне осенью хочется читать детективы, особенно когда дождь и туман за окном, а последний отпуск в этом году остался позади. Прочитала я друг за другом сразу два текста — один родом из Америки, другой из Японии.
Первый — «Записки перед казнью» Дани Кукафки — и если вы, как и я, хотя бы раз слушали тру-крайм подкаст пока мыли посуду, возможно, этот текст для вас. Кукафка не просто пишет о маньяке — она смотрит на всё и всех вокруг него. Герой — серийный убийца — находится в ожидании смертной казни, но роман рассказывает не только его историю, но и истории тех, на кого повлияли его действия. Среди них — следовательница, мать убийцы и сестра убитой.
В книге нет фокуса на насилии, как в большинстве тру-крайм-шоу — Кукафка не ведёт прямую трансляцию жестокости и поворачивает камеру на тех, кто вынужден теперь с этим жить. Но фокус этот не слишком резкий: тон писательницы не достаточно обличающий, а, скорее, робкий и если честно, мне бы хотелось его усилить. А то в аннотации пишут про «высказывание против романтизации маньяков», но это, конечно, с большой натяжкой.
Детектив номер два — «Масло» Юзуки Асако, который работает под прикрытием гастрономического романа. Молодая журналистка Рика решает написать материал о Манако Кадзии — женщине, которой грозит пожизненное за серию убийств. Несколько лет она знакомилась с обеспеченными мужчинами в возрасте, готовила им шикарные обеды и ужины, но все они неизбежно погибали. По совету подруги, журналистка решает выйти на контакт с заключенной, спросив Манако об одном из её коронных рецептов — и попадает в точку.
Почти сразу становится очевидно, что у потенциальной убийцы свой взгляд на мир и еду: как мариновать мясо, почему нельзя покупать маргарин, и можно ли заслужить любовь, если ты не вписываешься в общепринятые для женщин стандарты — круг тем примерно такой. Рика выходит из этой коммуникации совсем другим человеком — и в этом, как по мне, главная ценность этого странного и тягучего романа. Никакого отстраненного взгляда здесь нет: мельчайшие подробности жизни преступницы и журналистки одинаково важны.
«Масло» и «Записки перед казнью» — две абсолютно разные книги, но обе — про женщин, которые оказались рядом с преступниками, но не согласились был в этих сюжетах просто статистками.
#зарубежнаялитература
Самой не верится, но я дочитала автобиографический роман «Собака за моим столом» Клоди Хунцингер. Для такого небольшого объема (всего-то 277 страниц) чтение длиною в два месяца показалось мне вечностью. Тут я говорю себе спасибо за усердие, и пытаюсь хоть что-то объяснить себе и вам.
Дано: стареющая писательница Софи, ее стареющий муж Григ, их бродячая собака Йес и скромная хижина посреди ничего.
Сюжета как такого по нулям — собаки не было, собака появилась; шла работа над книгой, в дверь постучался творческий кризил; пошли гулять по лесу, пошел снег; колено ныло, поясница отпустила — буквы метаются вокруг каких-то абсолютно базовых вещей. Да и сам текст не претендует на сшибающую с ног популярность. Я с трудом представляю хотя бы десять знакомых мне людей, которые бы прочитали эту книгу, потому что ход мысли в ней непростой — он ломается, оступается, зависает в пустоте.
Пожалуй, интереснее всего её будет читать писательницам, и всем сочувствующим. Сама героиня даёт такое определение своему ремеслу: писательница — то есть наблюдательница за всем живым. Так эта книга и написана: героиня наблюдает за живым, мы наблюдаем за героиней, авторка наблюдает за всеми нами.
Ещё одна причина взять и дочитать книгу — заглянуть в мир героини, чей возраст далеко за 60. В литературном мире это всё ещё большая редкость. И героиня эта не будет готовиться к смерти, а наоборот — будет исследовать мир, пусть и ограниченный густым лесом за её окном.
«Я чувствовала, что мы, я и мои ботинки, умираем от желания отправиться к новым свершениям, осуществить некий революционный акт, произвести решительное действие, чтобы человеческое стало сверхчеловеческим, чувственным абсолютом. И что всё ещё возможно. что я смогу бегать по лесам. Стать, например, птицей, соропутом-жуланом, просто потому, что мы гнездимся в одной местности. Рассказать об этом»
#зарубежнаялитература
Сегодня у меня день рождения — отмечаю новой аватаркой канала! Ушла эпоха, но вы меня не теряйте. За красоту спасибо Саше @sashaetcrayon. Вам спасибо, что читаете книги и меня 🤩
Читать полностью…
Вчера читаю у Татьяны Замировской «Своё собственное воспоминание о травме — всегда телесное. А чужое воспоминание — всегда текст». Сегодня — смотрю драмеди «Прости, детка» Евы Виктор, который с этой фразой по-своему перекликается.
Тело Агнес пережило травму. После этого события тело замирает, саботирует, сопротивляется и лишь под финал открывается другому телу. Три года идет переживание одного хренового вечера — несправедливо, но дальше жить как-то нужно, хоть Агнес и не видит себя старой.
Зато в дне сегодняшнем она отличная подруга, клевая преподавательница в университете и заботливая кошачья мать. Кажется, этого достаточно, чтобы попробовать продолжить эту жизнь.
Для меня же достаточно увидеть в фильме желание рассказать историю — искреннюю, неловкую, страшную, забавную. Короче, живую. Ева Виктор — сняла фильм, написала сценарий, снялась в главной роли и поделилась своим воспоминанием о травме, превратив его сначала в текст, а потом в кино 🥰
В Москве всю неделю гремит гром (и будет греметь всю следующую). Без сомнения: идеальная погода для чтения Эмили Дикинсон. В прошлом году в Издательстве Ивана Лимбаха вышел сборник в переводе Веры Марковой. С одной стороны — оригинал, с другой — перевод, а между ними — гербарии, что так любила собирать поэтесса.
Чтение стихов — не самое легкое занятие для сердца и ума, а уж Эмили Дикинсон и не думала его упрощать. Придётся вчитываться и перечитывать, но такой труд нам в радость.
Если сердцу — хоть одному —Читать полностью…
Не позволю разбиться —
Я не напрасно жила!
Если ношу на плечи приму —
Чтоб кто-то мог распрямиться —
Боль — хоть одну — уйму —
Одной обмирающей птице
Верну частицу тепла —
Я не напрасно жила!
Весь февраль читала романы Симоны де Бовуар, чтобы написать этот текст для Кинопоиска. Тут оставляю отрывок про книжки 🤩
«Все люди смертны»: бессмертие как тупик
Роман «Все люди смертны» 1946 года — один из самых необычных и при этом самых недооцененных текстов Симоны де Бовуар. Формально это почти фантастика: молодая актриса встречает человека, который живет уже несколько столетий подряд. Сразу ясно, что от вечной жизни он не в восторге. И для писательницы это его жизненное обстоятельство не метафора исключительности, а радикальный способ поговорить о смертности и о том, как многими желанная вечная жизнь обесценивает все, к чему мы привыкли относиться всерьез.
Вечно молодой герой романа не мудрец и не счастливец. Он наблюдает, как рушатся эпохи, исчезают идеи, умирают люди, к которым он успевает привязаться, и постепенно теряет способность к вовлеченности: когда ничто не имеет конца, ничто не имеет и значения. Любовь проходит, правители смертны, а мораль — всего лишь временное соглашение сторон. На этом фоне особенно резко проявляется разница между смертными и бессмертным: первые страдают, потому что время ограничено, второй — потому что оно все никак не закончится. Де Бовуар напоминает: жить — значит выбирать, терять и знать, что времени всегда не хватает.
«Прелестные картинки»: хрупкий фасад благополучия
Многие англоязычные исследователи читают этот роман 1966 года как продолжение идей «Второго пола», но в художественной форме. Его героиня — успешная, образованная женщина около 40 лет, с мужем, детьми и приличной работой. С точки зрения окружающих, ее жизнь — это и есть те самые «прелестные картинки»: аккуратно выстроенные, эстетически безупречные, социально одобряемые. Но роман начинается ровно с того момента, когда эта картинка дает трещину.
Ключевая тема — новая форма несвободы, когда у женщины есть все, кроме ощущения, что она живет. Лоранс не подавляют напрямую и не ограничивают в правах, она свободна ровно настолько, насколько это удобно обществу. Работая в рекламе, героиня буквально зарабатывает на том, чтобы упрощать реальность, сглаживать противоречия и превращать сложный мир в набор прелестных картинок. Особенно болезненно этот механизм высвечивается через фигуру ее дочери — ребенка, который еще не умеет делать вид, что все в порядке, и потому чувствует фальшь острее взрослых. Сомнения дочери тучей нависают над миром матери.
«Сломленная»: интимная хроника распада
Повесть «Сломленная» 1968 года — один из самых жестких и некомфортных текстов Симоны де Бовуар, в котором почти ничего не происходит. Это дневник женщины, узнавшей об измене мужа, — что может быть обыденнее. Но в центре внимания писательницы не сам факт предательства, а то, как он запускает медленный и неостановимый процесс внутреннего распада. Де Бовуар намеренно отказывается от внешней драматургии скандалов и эффектных сцен, есть только голос, который с каждой страницей становится тише, неувереннее и в какой-то момент почти исчезает.
«Сломленная» — текст не столько о браке, сколько о зависимости, которую долго принимали за любовь. Героиня не просто страдает — она теряет способность мыслить, формулировать, сопротивляться. Ее речь распадается вместе с личностью, и де Бовуар фиксирует этот процесс с пугающей точностью. Это повесть о том, что происходит, когда вся идентичность строится вокруг другого человека, а собственная жизнь оказывается отложенной на потом.
Тем временем февраль в саду писательницы Оливии Лэнг.
«Видеть, как проклевываются семена, как распускаются бутоны, как прорастают сквозь почву нарциссы, становилось ободряющим доказательством того, что все идет как и положено…».
«Сад против времени», Оливия Лэнг.
• Сад писательницы в Саффолке, Англия.
| Плюшкин-finds
#inspo
Что я знала о «Грозовом перевале» до этого дня? Что это любимая книга Беллы Свон из «Сумерек». Что я поняла после прочтения — что это первоклассный набор ужасающих своими поступками героев. Очень пыталась найти в ком-то из них — и в женщинах, и в мужчинах — хоть что-то положительное и приятное глазу, но затея провалилась. И если мне кто-то скажет, что это книга о любви, то я тогда чур следующая британская королева. Спасибо Эмили Бронте, теперь я знаю, что отвечать на вопрос «Главный мерзопакостный герой в истории художественной литературы».
Читать полностью…
Случились морозные, солнечные и вдохновляющие дни в Переделкине. Итоги будут весной, когда снег уже точно растает 🌷
Читать полностью…
Ну что же… пришел Новый год, можно и итоги старого подвести. В этом году решила не списком, а по-другому 🌈
Год начался с «Побегов» Ирины Костыревой, а закончился с «Bookship» Марией Закрученко
Лучшей книгой из далекого прошлого стал «Фолкнер» Мэри Шелли
Лучший хитровыдуманный современный роман — «Смерти.net» Татьяны Замировской
Ей же достается приз за самую смешную книгу — «Свечи апокалипсиса» скрасили мой год
Разочарование года — «Время занятое жизнью». Думала наконец-то познакомлюсь с Урсулой Ле Гуин, но чуть не умерла со скуки
Лучшее из нехудожественного — «Я — девушка без истории» Алис Зенитер
Лучшее продолжение начатого — «Весна воды» Ольги Птицевой
Приз за самый захватывающий сюжет уходит «Чайному дворцу» Элизабет Херман
Лучшее про боль — «Нежные точки» Эми Берковиц
Крутое из японского — «Масло» Юзуки Осако и «Ведьмина служба доставки» Эйко Кадоно
Топовый графический роман— «Вышивая раны» Беа Лемы
А ещё этот год рекордный по количеству недочитанного — целых шесть книг. Ну и вообще читала немного для себя, потому что большую часть года помогала собачкам в приюте «Дубовая роща». В следующем году хочется читать больше — посмотрим!
С Новым годом 🎄
#итогигода
Под конец года рассказала про самое важное в доме — мою библиотеку 📚
Читать полностью…
Детективный мини-сериал, который начинается и заканчивается в книжном магазине — такое мы смотрим. Да, иногда я здесь рассказываю не только про тексты, потому что книги и сериалы в моей жизни делят территорию поравну.
Итак, сегодня советую «Убийство на краю света» / A Murder at the End of the World. Главная героиня — розоволосая писательница и хакерша Дарби Харт. Вместе с партнёром Биллом Фэррой она взламывала базы данных ФБР, чтобы расследовать смерти нескольких женщин и спустя шесть лет пишет об этом книгу.
А потом её и ещё несколько человек позвал на край света IT-гений и миллиардер Энди Ронсон. Неделю они должны провести в его только что выстроенном высокотехнологичном отеле посреди нихера в Исландии. В первый же день один из гостей умирает как будто бы от передозировки, но Дарби уверена, что это было убийство.
Дальше сериал делает именно то, за что я люблю хорошие детективы: он не даёт ни секунды расслабиться. Каждая серия заканчивается так, что хочется сказать «ладно, ещё одну» — и вот ты уже не помнишь, какой сегодня день.
И да, я так и не угадала кто убийца. Сериал аккуратно подкидывает версии, заставляет передумать, а потом снова передумать. Очень книжное ощущение, когда перелистываешь последние страницы и понимаешь, что тебя переиграли.
Ну и главная героиня — отдельный плюс. Умная, не идеальная, с прошлым, которое не отпускает. За Дарби интересно наблюдать, чтобы понять, как она думает.
Положить под ёлку бумажную версию истории жизни крутой женщины — всегда хорошая идея. Мария Складовская-Кюри как раз из таких. Вот далеко не полный список крутых поворотов в ее судьбе, беллетризированную и эмоциональную версию которых вы найдете в книге «Я — Мари Кюри» Сары Раттаро.
📝 Она получила образование, когда женщинам его запрещали
Мария родилась в Варшаве в 1867 году, в тогдашней Российской империи. Женщин в университеты там не принимали, особенно на естественные науки. Чтобы всё-таки учиться, она посещала «Летающий университет» – подпольное учебное заведение Ядвиги Давыдовой.
Потом она поехала во Францию, где отучилась в Сорбонне на факультете естественных наук – и это при том, что она была иностранкой и женщиной в мужском академическом мире.
📝 Она первая женщина-нобелевский лауреат и единственный человек с двумя Нобелевскими по двум наукам
В 1903 году Мария Кюри получила Нобелевскую премию по физике за исследования радиоактивности вместе с Пьером Кюри и Анри Беккерелем. Это была первая Нобелевская премия, полученная женщиной.
Изначально Нобелевский комитет собирался наградить только Пьера и Беккереля; имя Марии добавили только после того, как шведский математик Гёста Миттаг-Леффлер указал на несправедливость, а Пьер поддержал жену.
В 1911 году Мария получает Нобелевскую премию по химии за открытие полония и радия и разработку методов выделения радиоактивных изотопов.
📝 Она раз за разом пробивала «стеклянный потолок»
В 1906 году после гибели мужа Мария заняла его кафедру и стала первой женщиной-профессором в Сорбонне за всю историю университета.
В разгар скандала из-за её личной жизни (роман с женатым ученым-коллегой Полем Ланжевеном) пресса атакует её так, как не атаковали мужчин-учёных: как только ее не обзывали в прессе и на улице, она всерьез опасалась за свою жизнь и жизнь своих дочерей. Историки отмечают двойную дискриминацию в её отношении – за пол и за происхождение.
Когда в 1911 году ей присудили второй Нобель, часть академиков пыталась надавить, чтобы она отказалась приехать на вручение награды. Мария поехала из принципа.
📝Она сознательно помогала другим женщинам в науке
Она активно поддерживала образование собственных дочерей: Ирен Кюри стала выдающимся физиком и тоже получила Нобелевскую премию по химии, за исследования искусственной радиоактивности.
В лаборатории Кюри работали женщины-исследовательницы; для своего времени это было очень необычно – большинство лабораторий брали только мужчин.
#зарубежнаялитература
Пока на Нетфликсе выходит экранизация «Франкенштейна», «Подписные» и Яндекс.Книги релизят «Фолкнера» — последний роман Мэри Шелли.
Мы привыкли думать об этой английской писательнице как о матери научной фантастики, которая подарила миру образ безумного ученого и чудовища, вышедшего из-под контроля. Но Шелли написала еще несколько глубоких и сложных произведений, где фантастика уступает место психологии, а научный эксперимент — страстям человеческим. «Фолкнер» один из них.
Этот роман не увидишь в школьной программе или списке «обязательных к прочтению», но именно в этом тексте Шелли окончательно формулирует свою философию: мир рушат не чудовища, а равнодушие и эгоизм, а спасения стоит ждать лишь от тех, кто умеет сочувствовать. Что стоит знать о «Фолкнере» и что общего между ним и «Франкенштейном», рассказываю по ссылке
#зарубежнаялитература
Не терпится рассказать: мы в Отелло (я там работаю шеф-редактором уже два года) сделали медиа про путешествия — без пыльных списков и неминуемой пользы, скорее, про вдохновение и любопытство.
У журнала есть онлайн-версия (даю вам ссылочку на свой текст о путешествии по гаррипоттеровским местам в Японии) и печатная версия, которую можно предзаказать по ссылке (жмите «Сообщить о поступлении»).
Что же там на бумаге? Рассказы про отели и около них от Евгении Некрасовой, Марины Кочан, Светланы Олонцевой, Анны Шипиловой; краткая история гостеприимства от архитектурного редактора Полины Патимовой; гороскоп от Оли Осиповой из «Ретроградного Меркурия» и много красивых фотографий, путаных заметок и зарисовок.
Открывайте «Номер» 🛎️
Короткая хроника большой трагедии
Каждую новую книгу японской писательницы Рёко Секигути я жду с нетерпением, хотя пока успела прочитать не все, что вышло у нее на русском. Но в компании «Нагори» и «Зова запахов» было хорошо. Новый текст — «Это не случайно» — фиксирует одну из главных природных катастроф Японии: землетрясение у восточного побережья острова Хонсю в 2011 году. То самое землетрясение, которое привело к авариям на атомной станции «Фукусима». Я до сих пор помню кадры пылающих реакторов, которые крутили по всем новостям.
С 1997 года Секигути не жила в Японии (она переехала во Францию по политическим причинам), но на родине осталась ее семья и друзья. Так что прямым свидетели трагедии она не была: писательница фиксировала её эхо через рассказы очевидцев, друзей и знакомых. Также она анализировала, как событие освещают европейские журналисты, и как реагируют на трагедии такие же эмигранты, как она.
«Так ли уж необходимо видеть всё своими глазами, чтобы что-то понять? А разве слов недостаточно?»
Самый большой интерес для себя я нашла в тех частях текста, где авторка рассказывает о том, как менялось отношение к японцам по ходу катастрофы, которая по сути растянулась на несколько месяцев. Секигути даже рассуждала о том, как долго Япония будет изолирована от внешнего мира, который будет остерегаться последствий катастрофы. В 2025 году, когда в Японии был или хочет поехать каждый второй человек в интернете, читать такое очень необычно.
«Нао, ещё одна моя подруга-японка, на днях сидела в кафе. Какой-то господин за соседним столиком вежливо поинтересовался, не японка ли она. Она ответила утвердительно. Секунду спустя она увидела, как этот господин потихоньку встал и пересел подальше от нее»
«Саэко, моя подруга, прибывшая из Японии, рассказала мне, как, прогуливаясь по Парижу, она встретила пьяного, который ткнул в нее пальцем и закричал: ”Радиоактивная!”»
Труднее всего Секигути далось закончить книгу, ведь у реальности конца нет. Последствия от сброса бомб на Хиросиму и Нагосаки растянулись на три поколения.
«Книга, в которой речь идет о катастрофе или о революции, неизбежно остановится посередине, даже если ее содержание выходит за рамки событий. Потому что катастрофа, революция, война никогда не заканчиваются в тот момент, когда им приходит конец. Они еще долго продолжаются. Эта хроника не может закончиться; она может только прерваться. Этой книге всегда будет недоставать продолжения, тогда как реальность продолжается. Какова бы она ни была: трагичная или счастливая. В конечном счете мне не удалось завершить эту книгу счастливым концом. Потому как конца не существует»
#зарубежнаялитература
А вам случалось читать книгу, которая умнее вас? У меня такое, конечно, бывало, и последний раз случился буквально вчера — я дочитала «Смерти.net» Татьяны Замировской. Впечатлений от прочтения так же много, как и сомнений, а все ли я поняла? С другой стороны, всё, что поняла, теперь навсегда со мной.
Главная героиня умерла и пишет нам с того света. А свет тот цифровой, потому что технологии настолько осмелели, что научились копировать сознание. И если тело героини лежит где-то в земле, то разум её теперь живет жизнью нулей и единиц. На копирование она согласилась добровольно — слишком часто людей вокруг убивают вирусы или террористы, так что единственный способ продолжить общаться с мамой, дочерью и мужем — это онлайн. Правда, с супругом ей пообщаться не удается — он закрыл доступ и прорваться в реальный мир она не может, а чуть позже (не самым законным путем) она узнает, что муж, оказывается, её убил. Вот только копия её сознания, что ожила в потустороннем мире, была сделана за месяц до смерти, так что как и почему он ее убил она не знает, но очень постарается выяснить.
И что же тут сложного? А все сложности как раз связаны с устройством нового мира — нейрозомби, объективные вещи, коллективная память и целая армия клонов-диктаторов. А уж сколько здесь рассуждений, что есть жизнь после жизни, и/или смерть после смерти — хватит на несколько холодных вечеров, что нам всем предстоят совсем скоро. И даже не хочется вам дальше ничего рассказывать, потому что разбираться в этом всем сложно, но уж если затянет, то в одиночестве в этом погружении в загробный мир вам точно будет интересней.
Выхожу в эфир дождливого дня, чтобы познакомить вас с испанской художницей Беа Лема и её графическим автобиографическим романом «Вышивая раны». Авторка буквально вышивает трагическую историю семьи, которая долгие годы жила под грозовой тучей психического расстройства матери — с юности Адела была уверена, что она одержима бесом.
Адела родилась в 1946 году в испанской деревне. Её семья была традиционной в самом плохом смысле — мать много работала, отец постоянно пил и колотил мать и отпрысков, в том числе и Аделу. Спасаясь от отца, она сбежала в Швейцарию. В эмиграции девушка вздохнула чуть свободнее, встретила будущего мужа и вместе они решили вернуться на родину, где закончилась диктатура и началась индустриализация.
«Посреди этого хаоса мама оказалась в ловушке в роли матери и домохозяйки»
Вера — дочь Аделы — с самого детства понимала, что с мамой что-то не так. Но шанса ей помочь не было: отец стеснялся недуга жены и дни напролёт проводил на работе, дети не знали как помочь и делали только хуже, а сама Адела не верила, что ей поможет традиционная медицина: таблеткам предпочитала походы в церковь.
История, которую мы видим глазами уже повзрослевшей Веры — это история, где в ловушку загнаны буквально все. Низкий уровень медицины и высокий уровень стигматизации ментальных проблем не шёл на пользу ещё никому. Взрослые и дети в беде, и спастись можно лишь доверившись друг другу и рецепту от психиатра.
До 22 августа можно оформить предзаказ на сайте «Бумкниги» 💛 Перевела книгу замечательная Саша @grownups_not
Поняла, что побила собственный рекорд по параллельному чтению книг. Вы практикуете? Что сейчас читаете и что читаете вместе с этим?
У меня ответ такой: ищу смысл в интернете для мертвых вместе с Татьяной Замировской в «Смерти.net», потом с ней же сижу в свечном бутике и пытаюсь продать очень дорогие свечи нью-йоркским хипстерам в «Свечах апокалипсиса». Ну и под конец — вышла из тюрьмы вместе с главной героиней «Как читать книги» Моники Вуд и устраиваюсь на работу в лабораторию, где изучают попугаев
Вижу предзаказ нового комикса художницы Юлии Никитиной, иду оформлять 💛
Вчера сбегала до пвз, сегодня прочитала. И кто же знал, что комикс этот будет о прощании с домом, которое в этом году случилось и в моей жизни.
Юля и её мама жили в доме на улице Ленина в Салехарде тридцать шесть лет. За это время они крепко обросли вещами и воспоминаниями. И если старую одежду или школьные тетрадки можно расфасовать по коробкам и вынести на свалку или раздать нуждающимся, то что делать с чувством безопасности, что прочно для Юли связан с домом?
Придётся разбираться — и путь этот будет нелегким. Но разве мы не имеем права грустить?
#комиксы